Глава VI. КСППЭ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ОБВИНЯЕМЫХ И ПОТЕРПЕВШИХ

§ 1. Медицинское, психологическое и юридическое содержание понятия «умственная отсталость»

Основные задачи КСППЭ несовершеннолетних обвиняемых вытекают из ст. 392 УПК РСФСР и соответствующих статей УПК других союзных республик, а также разъясняющего их постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г. «О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность» (в ред. от 9 июля 1982 г.— Бюллетень Верховного Суда СССР, 1982, № б, с. 3—11). Согласно этим нормативным документам, в задачи экспертов-психологов и экспертов-психиатров входит установление вида и причин умственной отсталости не* совершеннолетнего, оценка степени ее выраженности с целью ответа на вопрос, мог ли подросток «полностью осознавать значение своих действий и в какой мере мог руководить ими».

Успешное решение этих задач требует уточнения границ и содержания понятия «умственная отсталость» в юридической, медицинской (психиатрической) и психологической науках.

Согласно «Международной классификации болезней»1, медицинское понятие «умственная отсталость» имеет собирательное значение, объединяющее различные по происхождению формы психической патологии. В числе разновидностей умственной отсталости выделяются тяжелые «ядерные» олигофренические формы, связанные с влиянием различных биологических (генетических, органических, интоксикационных, обменных и др.) вредностей. Но также выделяются и формы, обусловленные влиянием неблагоприятных социально-культурных факторов: неправильным воспитанием, педагогической запущенностью, отрицательными соматическими и психогенными влияниями, недостаточностью органов чувств (дефектами зрения, слуха и др.). Они включаются в группу «пограничной» или «легкой» (в МКБ-9) умственной отсталости.

Современной психологией принято в сущности аналогичное понимание умственной отсталости как проявления недоразвития сложных форм психической деятельности вследствие непрогрессирующей органической недостаточности головного мозга или неблагоприятных социальных факторов.

В статье 392 УПК РСФСР упомянуты только формы умственной отсталости, «не связанные с душевным заболеванием». В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г. такого ограничения не приводится. Это позволяет считать, что в последней редакции термин «умственная отсталость» использован в полном объеме и включает формы, не только связанные с педагогической запущенностью, сензорной депривацией (ограничением внешних раздражителей), но и обусловленные биологической патологией головного мозга (олигофрении, простой и осложненный инфантилизм и др.). С нашей точки зрения, все виды задержки психического развития (как интеллектуального, так и личностного), подпадающие под медицинский критерий, предусмотренный ст. 11 УК РСФСР, но не исключающие вменяемости исследуемого, могут быть объектом и предметом КСППЭ вне зависимости от вызвавших их причин (этиологии). Отечественными детскими психиатрами неоднократно подчеркивалось, что любая вредность, действующая на индивид, не закончивший своего формирования, физиологического роста, может привести к общей или частичной задержке психического развития. При этом речь идет не только об экзогенно-органических вредностях, но и о любых соматических заболеваниях детей, неправильном воспитании, хронических психотравмирующих ситуациях и т. д. На практике разграничение этих причин представляет большие трудности даже при стационарном исследовании подэкспертных. Оно тем более не может быть сделано, как справедливо отмечал И. Л. Петрухин, априори, до исследования специалистами. Дело в том, что обычно признаки педагогической запущенности, дефекты сензорных систем сочетаются с органическими дефектами психики. Нередко понижение зрения и (или) слуха имеет одно и то же происхождение с общими органическими изменениями головного мозга, например вследствие менингитов, энцефалитов, черепно-мозговых травм и др. Педагогическая запущенность особенно легко и в первую очередь возникает как раз у несовершеннолетних лиц с органической недостаточностью психики, так как обычные меры социализации для них могут оказаться малоэффективными. Поэтому даже при ведущем значении органических причин умственной отсталости практически всегда могут иметь место и признаки педагогической запущенности, неправильного, искаженного, иногда патологического развития личности несовершеннолетнего. Именно такое искаженное развитие личности Л.С.Выготский считал существенным компонентом структуры психики умственно отсталого ребенка и в связи с этим предлагал рассматривать процесс созревания психики последнего в целом, оценивая не только интеллектуальный дефект, но и неизбежную при отсутствии специальных педагогических мер личностную недостаточность.





Понимание умственной отсталости как состояние психики несовершеннолетнего с задержкой не только интеллектуального, но и общего личностного развития не противоречит ст. 392 УПК РСФСР и ее разъяснению в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г. На это указывает наличие в данном разъяснении наряду с интеллектуальным критерием — требованием выяснения возможности полностью осознавать значение своих действий, также волевого критерия — необходимости установления меры способности несовершеннолетнего руководить своими действиями. Таким образом, Верховный Суд СССР не сводит состояния психики, определяемые понятием «умственная отсталость», только к интеллектуальному недоразвитию.

Изложенные аргументы и проведенное сопоставление различных аспектов содержания понятия «умственная отсталость» позволяет сделать два вывода.

1. Понятие «умственная отсталость» в медицине, юриспруденции и в психологии учитывает причинное влияние как социально-психологических, так и биологических патогенных факторов. Поэтому практически во всех случаях умственная отсталость может быть предметом компетентного совместного рассмотрения экспертом-психологом и экспертом-психиатром. КСППЭ — наиболее адекватная форма такого рассмотрения и оценки.

2. Юридическое понятие «умственная отсталость» не сводимо лишь к интеллектуальному недоразвитию, но включают в себя также признаки нарушения, задержки личностного развития. В связи с этим в своем полном, широком значении оно соответствует понятиям «психическая отсталость», «общее недоразвитие личности». Такое толкование позволяет использовать для диагностики умственной отсталости не только данные об интеллектуальном развитии несовершеннолетнего, но и сведения о степени сформированности у него мотивационно-потребностной я эмоционально-волевой сфер, об уровне функционирования морального и правового сознания, стадии развития самосознания. Тем самым обосновывается возможность применения для решения экспертных задач в качестве критериев общей психической (личностной и интеллектуальной) зрелости широкого круга данных медицинской, возрастной и педагогической психологии.


8019378637103940.html
8019421067005606.html
    PR.RU™