ПУТЬ ЕВРЕЕВ ОТ СИНАЯ К ХАНААНУ

Числ. 10-14. Втор. I, 19-46

Целый год стояли лагерем израильтяне у горы Синай. За это время в стане произошли громадные перемены. Благодаря стараниям Моисея бесформенная масса еврейского племени прев­ратилась в общество, руководимое иерархией чиновников. Высшая законодательная власть принадлежала Богу, поэтому в это время в еврейском народе формой правления была теократия, т.е. богоправление. Нормы совместной жизни стали определяться правовыми пред­писаниями. Но самое главное – с этого времени еврейский народ вступил в союз с единым, истинным Богом и стал богоизбранным на­родом, мессианская роль которого заключалась в ревностном хране­нии и распространении истинной религии среди языческого мира. Конечно, трудно было Моисею сразу поднять этот жестоковыйный на­род «с необрезанными сердцами» на высокую ступень религиозной жизни, нужно было еще много времени, чтобы отучить этот народ от идолопоклонства, – научить его истинам веры и повести его по пу­ти нравственного совершенствования.

ГРОБЫ ПРИХОТИ

Наступил второй год после выхода евреев из Египта. В двадцатый день второго месяца облако присутствия Господня поднялось над скинией. Это был знак, по которому евреи должны были собираться в путь. Заиграли серебряные трубы. Израильтяне свернули шатры и двинулись на северо-восток, к границам обетованной земли. Длинная колонна странников шла в заранее установленном порядке. Шествие открывали левиты – они несли на шестах Ковчег Завета, разобранную скинию и священные сосуды. Когда священники поднимали Ковчег Завета, Моисей говорил: «Восстань, Господи, и рассыпятся враги Твои, и побегут от лица Твоего ненави­дящие Тебя». Когда же народ делал остановку и левиты опускали ковчег, тогда Моисей говорил: «Возвратись, Господи, к тысячам и тьмам Израилевым». За левитами шли племена, каждое под своим знаменем, а в конце гнали огромные стада овец и вьючных ослов. Колонну охраняли специальные воору­женные отряды и высланные вперед разведчики.

Хотя от Синая до Ханаана по прямому пути было не очень большое расстояние, но ввиду отсутствия хороших дорог, евреи медленно и с большим трудом пробирались к горным ущельям и долинам Синайского полуострова. Три дня шли они по пустыне под палящими лучами солнца и снова возроп­тали. Поскольку запрещалось закалывать овец, люди питались одной манной, на которую многие, особенно похотливые люди, смотрели с отвращением. Вдобавок ко всему в стане однажды вспыхнул пожар и уничтожил много ценного имущества. Обескураженные трудностями, голодом и понесенными потерями, израильтяне горестно сидели перед своими шат­рами и сетовали на Моисея за то, что он уговорил их поки­нуть Египет. С нежностью и с глубокими воздыханиями вспоминали они добрые старые времена, забыв о рабстве и преследованиях: «Мы помним рыбу, которую в Египте мы ели даром, огурцы и дыни, и лук, и репчатый лук и чеснок. А ныне ду­ша наша изнывает: ничего нет, только манна в глазах наших». Моисея глубоко оскорбило малодушное поведение его народа, и он с дерзновенной молитвой обратился к Господу: «Для чего Ты (Господи) мучишь раба Твоего? И почему я не нашел милости пред очами Твоими, что Ты возложил на меня бремя всего народа сего...? Я один не могу нести всего народа сего, потому что он тяжел для меня». Господь услышал слезные воздыхания Своего верного раба и повелел ему избрать из среды израильтян семьдесят старейшин, которые должны были помогать ему управлять народом. Семьдесят старейшин с этого времени составляли постоянный совет при Мои­сее. Совет старейшин спустя много веков был переименован в Си­недрион – высший орган управления в Израиле.



Затем Господь повелел Моисею передать нетерпеливому народу, что они будут есть мясо не один день, а целый месяц, пока оно не сделается дли них отвратительным. По повелению Божию поднялся сильный ветер, который к израильскому стану пригнал большие стаи перепелов. Израильтяне кинулись ловить птиц и стали жад­но их поедать. Перепелов было такое множество, что можно было сушить мясо даже про запас. Однако нетерпеливых маловеров ожидала суровая кара. В лагере распространилась болезнь, и люди уми­рали сотнями. Вскоре вся земля вокруг покрылась могилами, и по­кидая это место страдания и траура, израильтяне назвали его Гробы прихоти (поскольку там захоронили тех, кто пал жертвой маловерия и жадности).

АСИРОФ

На следующей стоянке, в Асирофе, случилось нечто еще более печальное: взбунтовались ближайшие родственники Моисея. Мариам и Аарон упрекали своего брата в том, что он женился на Ефиоплянке, т.е. на женщине иного происхождения, и к тому же рабыне. Неизвестно, при каких обстоятельствах это произошло: то ли первая жена Моисея, дочь священника Иофора, умерла, то ли Ефиоплянка была наложницей. Но не это было важно. Родственники Моисея возмущались тем, что он пренеб­рег древней традицией евреев.



В основе семейных раздоров крылись, однако, более глу­бокие противоречия. Пророчица Мариам и первосвященник Аарон стали возмущать израильский народ против Моисея и унижать его достоинство, как посланника Божия. Они ходили по лагерю и жаловались: «Одному ли Моисею говорил Господь? Не говорил ли Он и нам». Это было ясное восстание против Богом установленной власти, и Господь за это наказал строп­тивых. Раскаявшегося Аарона Господь простил, а Мариам была наказана проказой и удалена из лагеря. Только спустя семь дней, по молитвам Моисея, Господь исцелил Мариам от проказы, и она вернулась в стан. Случай в Асирофе не был исключением. Он показал, что в израильском стане наз­ревало открытое восстание против Моисея, что и случилось в пустыне Фаран.

ПУСТЫНЯ ФАРАН

Наконец после тяжелых испытаний и невзгод, омра­чивших дух великого вождя, израильтяне дошли до южной гра­ницы Ханаана и остановились в пустыне Фаран, недалеко от города Кадеша. Со времен Авраама в Палестине произошли большие изменения. Кочевые племена стали вести оседлый об­раз жизни. Появилось много мелких княжеств с хорошо укреп­ленными городами. Поэтому, чтобы перейти границу и начать военные действия против ханаанских княжеств, Моисею надо было иметь точные сведения о военном могуществе страны. С этой целью он посылает в Ханаан двенадцать соглядатаев (разведчиков), отобрав по одному из каждого колена. «Пойдите в эту южную стра­ну, – поучал их Моисей, – и взойдите на гору, и осмотрите землю, какова она, и народ живущий на ней, силен ли он или слаб, мало­числен ли он или многочислен?» Разведчики, не встречая никаких препятствий, с успехом выполнили порученное им задание. Спус­тя сорок дней они вернулись в лагерь и в доказательство плодо­родия обетованной земли принесли на шестах тяжелые грозди ви­нограда, гранаты и сочные смоквы. Эти дары природы вызвали неописуемый восторг у израильтян. Но этот восторг сразу же исчез, едва разведчики поделились с ними своими наблюдениями. По их словам, Хараан действительно изобиловал природными богатствами, но о его завоевании не могло быть и речи, так как границы стра­ны защищали мощные крепости, гарнизоны которых состояли из исполинов. Израильтяне так легко кидавшиеся из одной крайности в другую, снова впали в отчаяние. «О, если бы мы умерли в зе­мле Египетской, или умерли бы в пустыне сей! – оплакивали они судьбу свою. И для чего Господь ведет нас в землю сию, чтобы мы пали от меча? Жены наши и дети наши достанутся в добычу врагам; не лучше ли нам возвратиться в Египет?» Проклятия и жалобы становились все громче и в конце концов завершились бурными беспорядками. Подстрекатели и смутьяны требовали смещения Мои­сея и выбора нового вождя. «Поставим себе начальника, – кричали они,– и возвратимся в Египет». Иисус Навин и Халев, участвовавшие в разведке, старались успокоить взбунтовавшийся народ и, разорвав на себе одежды, убеждали маловеров, что с Божьей по­мощью можно овладеть Ханааном, для этого евреям надо иметь только крепкую веру в Того, Кто так чудесно вывел их из Египта. Такие слова еще больше раздражали толпу маловеров, и они с яростью накинулись на Иисуса и Халева, соби­раясь побить их камнями. Смельчаков спасло только то, что они спрятались во дворе скинии. Разъяренная толпа обступила скинию и хотела побить камнями не только Иисуса и Халева, но и своего вождя и первосвященника. Наверное, возбужденная толпа не остановилась бы ни перед чем, если бы слава Господня в виде облака не осенила скинию. Обращаясь к Моисею, Господь сказал: «Доколе будет раздражать Меня народ сей? И доколе будет он не верить Мне при всех знаме­ниях, которые Я делаю среди его? Поражу его язвою и ис­треблю его и произведу от тебя (и от дома отца Твоего) народ многочисленнее и сильнее его». С пламенной молитвой Моисей обратился к Богу о помиловании Израиля. И опять молитва вождя спасла евреев от неминуемой гибели. Но хотя и в этот раз, по молитвам Моисея, израильтяне изба­вились от гнева Божия, все же стало ясно, что это старое поколение, воспитанное в Египте, недостойно наследовать обетованную землю. Поэтому Господь повелевает Моисею сооб­щать народу о том, что ни один израильтянин старше двадца­ти лет не удостоится милости войти в обетованную землю. В течение сорока лет (по числу сорока дней пребывания сог­лядатаев в обетованной земле) израильтянам предстоит скитаться в пустыне, и в пустыне они закончат свою брен­ную жизнь. Только тем, кому еще не исполнилось двадцать лет, то есть поколению, рожденному и воспитанному уже в суровых условиях кочевой жизни, суждено вступить во владения земли обетованной. Наказание не распространялось, однако, на Иисуса и Халева. В награду за непоколебимую веру в промысл Божий их ожидала высокая честь – вести молодое поколение в Ханаан.

Мысль о сорокалетнем странствовании [52] в пустыне опеча­лила израильский народ. На следующий день зачинщики бунта, со­брав большое войско, решили самовольно, без благословения Божия, предпринять завоевание обетованной земли, но при первом же столкновении с амаликитянами и хананеями были разбиты. Толь­ко после поражения евреи смирились, и Моисей вновь обрел власть над своим народом.


7825396137334377.html
7825440974681643.html
    PR.RU™